Условие задачи
УСЛОВИЕ СИТУАЦИОННОЙ ЗАДАЧИ
Ситуация
Больная Л., 29 лет. В психоневрологический диспансер поступил выписной эпикриз из психиатрического стационара, в котором содержится информация о вступившем в силу решении суда о прекращении исполнения принудительного лечения в отношении Л. в связи с чем больная выписана из отделения для принудительного лечения специализированного типа. При выписке даны рекомендации о наблюдении психиатром по месту жительства. Л. находится в кабинете участкового психиатра. Решаются вопросы: диагностики психического расстройства; соответствия реализованных мер по предупреждению общественной опасности психическому состоянию Л.; наличия связи психического расстройства Л. с возможностью причинения иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц; определения факторов, способствующих общественной опасности Л.; выбора эффективных мер предупреждения повторного противоправного поведения больной Л.
Жалобы
Жалоб не предъявляет
Анамнез заболевания
Мать больной злоупотребляет алкогольными напитками. В возрасте 14 лет Л. ушла из семьи и стала проживать с наркозависимым сожителем. С этого же возраста начала периодически инъекционно употреблять психоактивные вещества (героин, первитин, буторфанол), для получения средств на наркотики совершала мелкие кражи. В 2007 г. впервые проходила лечение в психиатрическом стационаре. В клинической картине описывалось наличие тревоги, страха, слуховых псевдогаллюцинаций, бредовых идей воздействия, преследования, психических автоматизмов. В процессе терапии галлюцинаторно-бредовые расстройства редуцировались, однако критическое отношение к болезни не сформировалось. Впоследствии Л. неоднократно госпитализировалась в психиатрический стационар в недобровольном порядке. Госпитализации были связаны с обострением галлюцинаторно-бредовых переживаний: считала, что ее «обсуждают на улице»; ощущала внешнее воздействие «некоронованного вора» посредством «компьютерных лучей» - «лучи прожигают изнутри, ничего не осталось, кости сожгли». Слышала «голоса» угрожающего, осуждающего содержания. Заявляла, что «себе не принадлежит, стала куклой в руках вора, который управляет», что ее хотят убить «люди вора». Была тревожна, испытывала страх, не спала по ночам. В 2008 г. привлекалась к уголовной ответственности за совершение кражи – постановлением суда признана невменяемой, назначено принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа, которое исполнялось с 05.09.2008г. по 16.10.2009г. После прекращения ПЛ и выписки из стационара поддерживающую терапию не получала. Вновь нарушился сон, появился страх, возобновились мужские «голоса» неприятного содержания. Пыталась «облегчить состояние» приемом буторфанола, героина, использовала 2 ампулы препарата в день, постепенно для достижения эйфоризирующего эффекта стала требоваться все большая дозировка наркотика. Дважды привлекалась к уголовной ответственности за совершение краж, признавалась невменяемой, назначалось ПЛ в стационаре общего типа, продолжительность которого составляла менее года. После выписок из стационара от приема поддерживающей терапии отказывалась, участкового психиатра не посещала, продолжала наркотизацию. Проживала с семьей сестры, с которой часто возникали конфликты. В течение последнего года Л. «видела» у себя в комнате мужчину, называла его своим сожителем, общалась с ним, как с реальным человеком. На замечания сестры реагировала агрессивно, размахивала ножом, разбила дверь, устроила пожар на кухне, сломала стиральную машину, считая, что в ней скрыты микрофоны и камеры, говорила, что она «под наблюдением компьютерной системы». Со слов сестры Л. приносила домой продукты и кошельки с деньгами, гордилась совершением краж. Неоднократно находилась на стационарном лечении с галлюцинаторно-бредовой симптоматикой. 15.06.2017 г. Л. совершила кражу, решением суда была признана невменяемой, направлена на ПЛ в медицинской организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа. Находилась на лечении с 25.09.2017 г., принудительное лечение было прекращено на основании судебного решения от 23.04.2019 г., больная выписана из стационара.
Анамнез жизни
Л. родилась младшей из двух детей в неблагополучной семье (родители алкоголизировались, привлекались к уголовной ответственности). Объективные сведения о беременности и родах у матери, а также раннем развитии Л. отсутствуют. Дошкольные учреждения не посещала, воспитывалась в условиях гипоопеки. В школе начала обучаться с 8 лет, училась плохо, но классы не дублировала. После 6 класса обучение оставила, более нигде не училась. Специальности не имеет, непродолжительное время (менее года) работала санитаркой, в последующем нигде не работала. Инвалид 2 группы по психическому заболеванию. Проживает в 3-х комнатной квартире с семьей сестры, взаимоотношения с которой конфликтные.
Объективный статус
Психическое состояние. Эмоционально маловыразительна, лицо гипомимично. Внешне спокойна, поведение упорядоченное. Речь монотонная. В беседу вступает охотно, держится с чувством дистанции, на вопросы отвечает в целом в плане заданного. Говорит, что на протяжении года не слышит «голосов», стала спокойнее, нет прежнего напряжения, выровнялось настроение. Рассказывает, что раньше слышала «голоса» практически постоянно - говорили о ней «нехорошее», «ругали», вступала с ними в диалог. Полагала, что в стиральной машине стоят «жучки». Наркотики употребляла, чтобы «расслабиться и уснуть». Описывает проявления абстиненции - «был озноб, крутило суставы, не спала». Не проявляет заинтересованности в решении бытовых вопросов, пассивно полагается на помощь сестры, взаимоотношения с которой конфликтные. Планирует проживать с матерью в коммунальной квартире, которую им «должна купить сестра». Сообщает о желании в дальнейшем работать: «например, уборщицей на рынке или расклеивать объявления». Эмоционально изменена, однообразна. Мышление не всегда последовательное, с соскальзываниями, со склонностью к излишней детализации, паралогичностью. Память, интеллект без грубых нарушений. Наличие обманов восприятия отрицает, поведением не обнаруживает. Бредовых идей, суицидальных мыслей не высказывает. Критика к своему заболеванию формальная.